Автор работы: Пользователь скрыл имя, 16 Мая 2014 в 10:23, доклад
Введение профессора Гарвардского университета Генри Гольмса
Критические соображения
История методов
Речь, произнесенная на открытии “Дома ребенка”
Регламент “Дома ребенка”
Общая часть
Появления этой замечательной книги ждет обширная категория заинтересованных лиц. За последние годы едва ли какой педагогический документ был ожидаем широкими слоями публики с таким нетерпением и столь заслуженно. В Англии и Америке интерес к книге вызван был горячими сочувственными статьями английского журнала "World's Work" и американского "McClnre's Magazine". Но еще до того, как появилась первая из этих статей, некоторые английские и американские педагоги занялись тщательным изучением труда г-жи Монтессори, найдя в нем много новых и чрезвычайно важных мыслей. Мы не знаем, что даст Англии и Америке беспримерный успех первых популярных изложений системы Монтессори; но одно уже одобрение испытанных преподавателей и специалистов-ученых рекомендует систему вниманию лиц, работающих в области педагогики, которым и придется в конечном счете решать вопрос о ценности системы, интерпретировать ее техническую сторону и приспособлять к английским и американским условиям.
Педагогические методы, применяемые в “Домах ребенка”
Как давать урок
Часть специальная
Примерное расписание занятий в “Домах ребенка”
Обыденные житейские упражнения
Питание и диета ребенка
Воспитание мускулов
Природа в воспитании
Ручной труд
Воспитание чувств
Воспитание чувств и иллюстрация дидактического материала
Умственное воспитание
Приемы обучения чтению и письму
Речь у детей
Обучение счету и введение в арифметику
Порядок упражнений
Дисциплина в “Доме ребенка”
Выводы и впечатления
Упражнения в хроматическом чувстве. Я уже раньше рассказывала о наших упражнениях с красками; теперь мы обстоятельнее опишем эти упражнения и укажем их последовательность.
1) Упражнения,
побуждающие к наблюдению
а) Ткани и немецкие куклы.
Уже в связи с воспитанием хроматического чувства мы говорили, что в нашем дидактическом материале имеется ящик цветных материй, разложенных по отделениям. Материи эти — разного сорта: бархат, шелк, шерсть и бумажные ткани, окрашенные в яркие цвета. Многие ткани — пестрые, в точках, в полосках, в шотландских клетках. Дети должны узнавать окраску материи; это побуждает их примечать цвета материй, в которые одеты люди, и анализировать различные цвета одной и той же материи.
Наконец, немецкие куклы, вязаные из цветной шерсти, служат той же воспитательной цели. (Мы их делаем из старого чулка: нос и глаза отмечаем черной шерстью, а рот — красной; одежду делаем из роспуска, а получающиеся от этого "локоны" представляют смесь разнообразнейших цветов). Ими очень легко манипулировать и перебрасываться, как мячами.
б) Рисунки и картинки.
Мы приготовили множество контурных рисунков, которые дети должны заполнять цветными карандашами, а позднее и кистью, подготовляясь к рисованию акварелью. Сначала мы делаем рисунки цветов, бабочек, деревьев и животных, а затем переходим к простым ландшафтам с травою, небом, домами и человеческими фигурами. Умеющим хорошо рисовать мы даем картинки для раскрашивания, и в этом они оказываются очень искусными.
Эти рисунки помогают нам изучать естественное развитие хроматического чувства у ребенка. Дети выбирают цвета, и в этой работе им предоставляется полнейшая свобода. Если, например, ребенок рисует цыпленка красным, а корову зеленым, то это показывает, что он еще не умеет наблюдать. Но об этом я говорила уже выше - в общей части. Рисунки эти показывают также степень развития хроматического чувства: ребенок выбирает то нежные и гармонические оттенки, то яркие и контрастирующие.
То обстоятельство, что ребенок должен запоминать окраску предмета, изображенного в контуре, побуждает его наблюдать окружающие предметы. У него является желание разрисовывать более сложные рисунки. Только дети, умеющие держать рисунок в границах контура и выбирать надлежащие краски, могут перейти к более сложной работе. Рисунки эти часто очень изящны и эффективны, а порою обнаруживают подлинное художественное дарование. Директриса одного детского сада в Мексике, долго учившаяся у меня, прислала мне два рисунка: один изображает утес, камни которого весьма гармонично раскрашены светло-фиолетовой краской и оттенками коричневой, деревья в два оттенка зеленого, а небо в нежно голубой цвет; другой рисунок изображает лошадь каштановой масти с черными глазами, копытами, гривой и хвостом.
Одна из наших учительниц дает детям картинки из старых книг, которые они раскрашивают. Для раскрашивания можно давать не только политипажи, но контурные рисунки, которые во всяком случае необходимы для упражнений в подготовке к письму. Для раскрашивания берут цветные карандаши, которые следует держать, как перо при письме
II) Игры, упражняющие
хроматическое чувство. Распознавание
цветов и их названий. Уже путем
описанных упражнений мы
а) Игра Нучителли для распознавания цветов.
Г-жа Нучителли, директриса первого "Дома ребенка", изобрела эту грациозную игру. Она водворяет в классе порядок и тишину (упражнение в благонравии), затем раздает цветные таблички детям следующим образом: она показывает ребенку табличку и спрашивает: "Какой это цвет?" и дети хором отвечают, например: "Красный!"
Потом директриса говорит: "Красный цвет я дам Эрнесту", и действительно кладет его на столик ребенка, названного ею. То же она повторяет со всеми цветами. Окончив раздачу, она объясняет детям, что таблички следует держать в левой руке, согнув ее под углом к груди, чтобы табличка приходилась против середины груди. Потом она садится посреди зала и вызывает: "Зеленый цвет, иди ко мне! Красный цвет, иди ко мне!". Ребенок поднимается, идет к учительнице, делает поклон и ждет. Учительница направляет детей в разные стороны: "Зеленый цвет, направо! Красный цвет, налево". Так она расставляет детей друг против друга или в квадрате, смотря по сложности игры. Когда дети расставлены в порядке, начинается игра вроде кадрили; директриса командует: "Зеленый цвет, ступай к оранжевому"! Зеленый направляется к оранжевому, делает тур, которому отвечает оранжевый, затем они пожимают друг другу свободную правую руку и становятся рядом. Так проделываются разные фигуры. Это—упражнение в приветствиях, в грациозных движениях, в запоминании места: правый, левый, назад, вперед. Все это делает игру весьма воспитательной.
б) Игра в наименование цветов и их оттенков. Директриса отделяет таблички с бледными оттенками и раздает их со словами: "Теперь я раздам бледные цвета", причем требует от детей громкого повторения хором названия краски, как в предыдущей игре, и говорит: "Инесе я дам…» и т. д. Затем таким же образом раздает яркие краски. Разница та, что бледные краски прижимаются к груди левой рукой, а яркие краски — правой; после этого директриса опять садится посреди зала и говорит: "Бледные краски, ступайте ко мне", и когда дети станут перед ней, она у каждого спрашивает: «Ты какая, а?». Ребенок кланяется и громким голосом, отчетливо произносит название данной ему краски: "Я розовая! "или "Я лазоревая!" Директриса выстраивает их в линию по одну сторону и то же повторяет с яркими красками. Когда дети станут двумя рядами друг против друга, директриса говорит: "Поклонитесь!" и дети кланяются. "Перемешайте все цвета!" и, дав детям повертеться, говорит: "Яркие краски, разыщите каждая свою бледную, и возьмите ее за руку". Дети отыскивают друг друга и становятся по двое рядом, взявшись за руки. Директриса выстраивает их шеренгой, и дети молча маршируют; потом она делает смотр всей шеренги, и каждый ребенок, проходя мимо нее, должен поднять вверх руку, в которой держит свою табличку, громко назвать свою краску и тотчас же согнуть руку и прижать табличку к груди.
Эту игру можно разнообразить, раздавая, например, одинаковые краски или все оттенки какого-нибудь одного цвета; можно разнообразить игру упражнениями в маршировке и в фигурных танцах, — как придется по обстоятельствам.
Хроматические игры очень развлекают детей; занятые выбором цветов, внимательно прислушиваясь к тому, какой цвет вызывают, они ведут игру с большим вниманием, с какой-то гордостью и серьезностью.
Эти игры обычно кончаются выбором какой-нибудь одной краски или оттенка, либо комбинации цветов; ребенок может украсить бантом "своего" любимого цвета свой фартук и носить его, как знак своего индивидуального отличия.
ПРИЕМЫ ОБУЧЕНИЯ ЧТЕНИЮ И ПИСЬМУ
САМОПРОИЗВОЛЬНОЕ РАЗВИТИЕ ГРАФИЧЕСКОГО ЯЗЫКА
Еще директрисой Ортофреническои школы в Риме я приступила к экспериментам с различными дидактическими средствами обучения чтению и письму. Эксперименты эти вполне оригинальны.
Итар и Сеген не дают рациональных методов обучения чтению и письму. Я уже ссылалась на труд, в котором Итар рассказывает о. приемах обучения азбуке; а теперь расскажу, что говорит Сеген об обучении письму: "Чтобы перейти от рисования к письму, которое представляет собою ближайшее применение рисования, учителю нужно только указать, что D — полукруг, покоящийся своими концами на вертикали, А — две наклонные линии, соединенные у верхушки и пересеченные горизонтальной линией и т. д. Нам не нужно ломать себе голову над тем, как ребенок научится писать; он рисует, следовательно он будет писать. Нет надобности говорить, что ребенка надо заставлять рисовать буквы по закону контрастов и аналогии. Например, О рядом с И, В рядом Р, Т рядом с Л и т. п.
Следовательно, по Сегену нам нет надобности учить письму. Ребенок, который рисует, будет писать. "Но этот автор письмом называет печатные буквы! И в других местах он не объясняет, будет ли его ученик писать другим образом. Напротив, он уделяет много места описанию рисования, которое подготовляет и включает в себя письмо. Этот метод преподавания полон трудностей и установлен соединенными усилиями Итара и Сегена.
Глава XL; Рисование
Первые понятия, какие следует усвоить для рисования, это понятие плоскости, необходимой для принятия рисунка. Второе — понятие черты, штриха, начертания. В этих понятиях и вращается все письмо, все рисование, все линейное творчество.
"Эти два понятия соотносительны: отношение их рождает идею, способность проводить линии в этом смысле; линии могут называться линиями только тогда, когда они тянутся методично, в определенном направлении: черта без направления не есть линия; явившись случайно, она не имеет названия.
"Рациональный
же значок имеет название, потому
что имеет направление, а так
как всякое письмо и рисование
представляет собою не что
иное, как совокупность различных
направление линии, то мы перед
тем, как приступить к так
Ребенка надлежит учить:
1. Чертить
различного рода линии. 2. Проводить
их в разных направлениях и
в разных положениях на
"Этот рациональный анализ рисования, из которого рождается письмо, настолько существенен во всех своих частях, что ребенок, который перед тем, как его вверили моим попечениям, уже писал многие буквы, потратил шесть дней, пока не выучился чертить перпендикулярную и горизонтальную линию, и пятнадцать дней прошло, прежде чем он научился выводить кривую и наклонную линию. И в самом деле, огромное большинство моих воспитанников долгое время не были в состоянии подражать даже движениям моей руки по бумаге и лишь позднее пытались провести линию в определенном направлении. Самые склонные к подражанию и наименее тупоумные проводят черту диаметрально противоположную той линии, которую я им показываю, и все они путают самые понятные точки соединения двух линий, как верх, низ, центр. Правда, сообщенное им обстоятельное знание плоскости линий и очертаний помогает им усвоить связь между плоскостью и различными линиями, которыми они должны покрывать поверхность; но в преподавании, по необходимости обусловленном аномалией моих питомцев, постепенность ознакомления с горизонтальной, вертикальной, кривой и наклонной линиями подсказывается трудностью понимания и исполнения ля отсталого ума и подвижной, неуверенной руки. Я говорю здесь не просто о том, чтобы заставить их выполнить трудную задачу; они ведь и раньше одолевали целый ряд затруднений. Я задаюсь вопросом, не будут ли одни из этих затруднений больше или меньше других, и не вытекают ли они одно из другого, подобно теоремам; вот какие идеи руководили мною в этом отношении.
"Вертикальная
линия — это линия, которую
глаз и рука проводят прямо,
поднимаясь вверх или
Наклонная линия предполагает более сложный сравнивающий аппарат, а кривые требуют такого постоянства и столь многих различий в их отношении к плоскости, что мы только потратили время, занимаясь изучением этих линий. Итак, самая простая - линия — вертикальная; и вот как я дал представление о ней.
Первая геометрическая формула такова: от одной точки к другой можно провести только одну прямую линию. Исходя из этой аксиомы, доказать которую может только рука, я поставил две точки на аспидной доске и соединил их вертикальной линией. Питомцы мои пытались сделать то же у себя на бумаге, но у одних вертикали клонились вправо от точек, а у других влево, не говоря уже о том, что у некоторых руки дергались во все стороны. Чтобы устранить эти уклонения, которые всего чаще являются неподготовленностью интеллекта и глаза, чем руки, я счел целесообразным ограничить поле плоскости; для этого я провел по одной вертикальной линии справа и слева от точек, которые ребенку надо было соединить, параллели на половине расстояния между вертикальными линиями. Если этих двух линии оказывается недостаточно, я укрепляю на бумаге вертикально две линейки, и они безусловно не дают отклоняться руке. Однако долго пользоваться такими материальными барьерами не приходится. Сперва мы убираем линейки и возвращаемся к двум параллелям, между которыми слабоумный ребенок старается провести третью линию. Затем мы стираем одну из направляющих линий, а другую оставляем либо справа, ибо слева и, наконец, стерев и эту последнюю линию, стираем и точку, начав с верхней, отмечающей начальный пункт отправления линии и руки. Ребенок начинает чертить вертикальную линию без материальной опоры, без точек сравнения.
Тот же метод, те же затруднения и те же средства направления руки мы пускаем в ход и для горизонтальных прямых. Если, по случайности, эта линия начинается хорошо, мы ждем, что ребенок искривит ее, исходя из центра и загибая к краю, как требует того природа, в силу той причины, о которой я уже говорил. Если для удержания руки недостаточно двух точек, мы мешаем ей отклоняться, применяя параллельные линии или линейки.
Наконец, заставив ребенка начертить горизонтальную линию и приставить к ней вертикальную, мы легко получаем прямой угол. Теперь ребенок начинает понимать, что, в сущности, представляют собою вертикальная и горизонтальная линии, и улавливать соотношение этих двух первых понятий или идей в процессе черчения фигуры.
Казалось бы, что изучение наклонной линии должно непосредственно следовать за изучением вертикальной и горизонтальной, но в действительности это не так. Наклонная линия, разделяющая с вертикальной ее наклон и с горизонтальной ее направление, и по своей природе заключающая в себе обе эти линии (ибо она линия прямая), своим отношением либо к плоскости, либо к другом линиям представляет идею слишком сложную, чтобы ребенок мог ее усвоить без предварительной подготовки".
Так Сеген на протяжении многих страниц говорит о наклонных во всех направлениях, которые он заставлял своих учеников вычерчивать между двумя параллелями, потом он сообщает о четырех кривых, которые заставлял чертить вправо и влево от вертикали и выше и ниже горизонтали, и заключает: "Так мы находим решение проблемы, которое искали: вертикальные, горизонтальные, наклонные и четыре кривых линии, соединение которых образует круг, содержащий в себе все мыслимые линии — все письмо.