Государственный сектор и государственное предпринимательство в российской экономике: состояние и перспективы

Анализ «вековых»  сдвигов на основе данных табл.1 позволяет сделать основной вывод: во всех без исключения странах имела единообразная тенденция синхронного роста доли государственных расходов в ВВП и размера госсектора. Таким образом, можно утверждать, что в долгосрочном периоде закон А.Вагнера действительно выполняется в виде незыблемой линии развития мировой экономики. Одновременно с этим его действие сопровождается увеличением предпринимательской активности государства, проявляющейся в росте государственного сектора. Подобная синхронизация двух явлений наводит на мысль об определенной опасности, которая заключена в неограниченном росте госсектора, так как это может привести к чрезмерному обобществлению финансов страны и тем самым подорвать нормальный частнокапиталистический воспроизводственный режим.

Таблица 2.

Сдвиги в  параметрах государственных расходов и госсектора ведущих стран мира. Однако, как известно, визуально наблюдаемая закономерность может иметь случайный характер. Например, увеличение госрасходов и госсектора могло быть вызвано совершенно разными причинами, которые действовали на протяжении исследуемого периода времени. В этой связи осуществим более строгую проверку предварительно установленной связи между двумя показателями. Для этого попытаемся установить регрессионную зависимость между долей государственных расходов в ВВП в 1996 г. и долей госсектора в общей занятости страны в 1994 г.

Десять из рассмотренных  нами одиннадцати стран имеют  фактические доли госрасходов, превышающие  критическую величину в 34%. За рамками выявленной закономерности оказываются только США, которые имеют долю, равную 32%. Причиной такого несоответствия, на наш взгляд, является чрезвычайно высокая эффективность американской организации бюджетного финансирования. Эффективность бюджетного процесса в США выражается, прежде всего, в том, что ни один цент американского бюджета не уходит на посторонние цели.

Таблица 3.

Бюджетные параметры  России в 1996-2000 гг.

Если сопоставить  фактические данные о доле госрасходов в ВВП в России (табл.3) с идентифицированной критической величиной (34%), то окажется, что проводимая в последние годы в стране финансовая политика не позволяет государству иметь «свой» собственный государственный сектор. Имеющийся запас финансовых средств у правительства практически полностью исключает содержание даже совсем небольшого госсектора, ибо во все годы фактическая доля государственных расходов в ВВП была заметно ниже критической величины в 34%. Например, в 1999 г. доля госрасходов в ВВП составляла всего лишь 26,4%, что не только не удовлетворяет необходимому минимуму, но лежит на 6% ниже аналогичного показателя США в 1994 г. Понятно, что подобное недофинансирование госсектора должно неизбежно привести к его низкому качеству и неудовлетворительной работе. Если же посмотреть на показатели доходности российского бюджета (последняя строка табл.3), то здесь ситуация оказывается еще хуже. Следовательно, можно утверждать, что для изменения ситуации в России рано или поздно придется либо существенно повысить налоговое бремя, либо начать накачивать объем государственных долгов.

Следует отметить, что указанное положение дел  в России не смягчается, как в  США, высокой эффективностью механизма  распределения бюджетных средств. Наоборот, Россия традиционно является лидером в нецелевом расходовании бюджета и его растаскивании на фиктивные операции. Таким образом, можно сделать вывод о том, что либерализация фискальной и финансово-бюджетной политики в России привела к явному «недобору» средств в государственную казну и сделала невозможным нормальное функционирование отечественного госсектора. Вместе с тем, как было показано выше, хотя бы совсем небольшой госсектор стране необходим для оптимизации самой бюджетной политики.

Разумеется, роль установленной зависимости, являющейся статистической, а не функциональной, не следует переоценивать. В реальности возможны любые отклонения от идентифицированных идеальных режимов. Однако для нас в данном случае важно то, что настройка бюджетных параметров в России пока не соответствует вычисленному диапазону их разумных значений. Если отбросить нетипичный пример Японии, которая имеет фантастически маленький госсектор, то некоей «нормальной» величиной его размера может считаться цифра примерно в 15% (табл.1). Согласно нашим расчетам, для обеспечения такого госсектора долю государственных расходов в ВВП в России необходимо поднять до 42,1%, а эта величина на данный момент, пожалуй, лежит за рамками возможностей российской экономики.

Очертив общие  закономерности формирования госсектора и бюджета, рассмотрим специфические особенности данного процесса в разных странах. Для этого рассчитаем эластичность доли госрасходов по доле госсектора по простой формуле: E=ΔY/ΔX, где ΔY и ΔX – приросты доли госрасходов и доли госсектора соответственно. Содержательно показатель Е фиксирует степень затратности госсектора, а именно: на сколько процентных пунктов должна увеличиться доля госрасходов в ВВП при увеличении доли госсектора на 1 процентный пункт. В расчетах период, в течение которого рассматривались указанные структурные сдвиги, определялся данными табл.1 (второй и третий столбцы табл.2). Оценки эластичности Е для разных стран приведены в табл.2 (четвертый столбец).

2. Особенности возникновения государственного сектора в РФ.

Самой общей  причиной возникновения государственного сектора в экономике развивающихся стран является несоответствие возможностей местного частного предпринимательства и стихийного рыночного регулирования экономики тем масштабам структурных сдвигов и преобразований, которые необходимы им для ускоренного социально-экономического развития.  
 
До 80-х годов развитие государственной собственности имело циклический характер: в периоды кризисов проводилась национализация предприятий, в период подъема - распродажа государственной собственности. Но в целом доля государственной собственности увеличивалась.

Современному  этапу эволюции рыночной системы, наступившему в 70-80-е годы ХХ в., присущи новые  тенденции развития государственной  собственности. Речь идет о тенденциях, определяемых долгосрочной динамикой экономических событий в странах, имеющих наиболее развитую и сложную структуру государственного регулирования.

Одна из тенденций - снижение доли государственной собственности. В основе такого процесса лежат две  основные причины. Первая - изменившиеся условия общественного воспроизводства, прежде всего, возросший динамизм изменений структуры и объема платежеспособного спроса, усиление потребности в гибком реагировании производства на меняющуюся рыночную, технологическую и социальную ситуацию. Государственные предприятия, отличающиеся слабостью внутренних импульсов к инновациям, оказывались неспособными к оперативной структурной перестройке.

Вторая причина - низкая экономическая эффективность  госпредприятий, обусловленная спецификой их функций, экономического положения, особенностями системы управления госсектором. Давая ее содержательную характеристику, следует обратить внимание на следующие принципиальные моменты:

• госпредприятия решают задачи, как общеэкономические (например, поддержка отраслей, важных с точки зрения национальной экономики, но хиреющих из-за непривлекательности для частного капитала, обеспечение нормального функционирования экономической инфраструктуры), так и социальные (предоставление населению льготных услуг в сфере образования, здравоохранения, социального обеспечения, расширения трудоустройства безработных и др.). Их постановка и реализация в значительной степени ограничивают возможности достижения микроэкономической эффективности;
• госпредприятия в период, предшествовавший широкомасштабной приватизации, с одной стороны, как правило, не имели свободы маневра на рынке, не могли самостоятельно изменять свой производственный профиль, диверсифицировать производство, с другой, были полностью исключены из конкурентной борьбы. Отсутствие сколько-нибудь экономически обоснованных финансовых ограничений позволяло использовать госбюджет для систематического покрытия их убытков и в то же время усиливало налоговую нагрузку на других экономических субъектов, ограничивая их стимулы к развитию бизнеса;
• системе управления госпредприятиями присущ ряд генетических, в принципе неустранимых дефектов. В их числе: бюрократизация управленческой деятельности, проявляющаяся в доминировании частных интересов государственных служащих над общественными, превращении задачи воспроизводства государственного управления в конечную цель, практически не связанную с состоянием и направленностью изменений, происходящих в национальной экономике; относительная длительность процессов сбора, переработки, анализа информации, необходимой государственным органам для принятия решений. Такая информация оказывается зачастую недостоверной, поскольку отражает уже прошедший временной период.

Сужение государственного сектора осуществляется в тесной связи с другой тенденцией, отражающей качественные изменения в характере хозяйственной деятельности госпредприятий и механизме управления ею. Речь идет о коммерциализации существенной части предприятий государственного сектора. Действуя в рыночной среде, в условиях конкуренции, они нуждаются в управлении, сориентированном на рыночные критерии эффективности (максимизация прибыли и стоимости активов, выживаемость и др.). Главной причиной, обусловившей появление и развитие названной тенденции, стало усложнение экономики, потребовавшее повышения разнообразия способов и методов ее государственного регулирования. Многообразны формы ее проявления и результаты действия. Обратим внимание на наиболее значимые из них:

• разделение госпредприятий в зависимости от целевой функции - на некоммерческие и предпринимательские, с последующим применением в оценке деятельности последних показателей эффективности, апробированных в частном секторе;
• перевод госпредприятий с режима публичного права к регулированию их деятельности нормами частного права;
• повышение уровня экономической самостоятельности госпредприятий.

Третья тенденция  развития государственной собственности  отражает процесс проникновения  государственного капитала в частный  сектор, и наоборот. Она свидетельствует  о появлении принципиально новой  характеристики современной смешанной экономики, которую отличает не традиционно параллельное, преимущественно обособленное функционирование государственной и частной собственности, а их тесное взаимодействие.

Смешанные предприятия  обладают потенциалом для разрешения противоречий, имманентных рыночной системе хозяйствования: между ориентацией на текущую конъюнктуру рынка и долгосрочными целями развития экономики, ее ключевых отраслей и региональных формирований, между мотивами прибыльности и социальной эффективности. Такая возможность обеспечивается тем, что государством, как правило, устанавливаются определенные ориентиры (экономические, социальные), достижение которых "включает" действие разнообразных льгот - по налогам, кредитам и др. Такие предприятия, являясь полностью погруженными в рыночные условия, имея коммерческие цели и в то же время находясь в поле действия экономических интересов государства, позволяют последнему с гораздо меньшим запаздыванием и издержками, чем при использовании традиционных форм хозяйствования, отслеживать изменения в механизме предпринимательской деятельности и вносить коррективы в ее экономические и правовые условия.

Взаимодействие  государственной собственности  с частной осуществляется в разных формах:

• интеграции капиталов в рамках отдельной фирмы (предприятия);
• рыночного предложения и использования государственного капитала (например, посредством долевого участия государства в финансировании перспективных для национальной экономики инвестиционных проектов, предоставления им долгосрочных кредитов по ставке, обеспечивающей определенную рентабельность государственного капитала, передачи государственного имущества в коммерческое использование частным физическим и юридическим лицам и др.).